azamat_tseboev (azamat_tseboev) wrote,
azamat_tseboev
azamat_tseboev

Category:

МОЙ БРАТ СТАС

Мы с детьми провели в музее Вооруженных Сил уже больше двух часов. В одном из последних залов я остановился рассматривать карту Чечни.
– Папа, смотри – твой брат!
Давид показывал на стенд в центре. Сначала я увидел фотографию ― улыбающийся Стас в выцветшей форме, десантный тельник, размытые контуры гор на заднем плане. Фотка начала 80-х, одна из первых, что он прислал из Афганистана. Рядом ― его личные вещи и бумаги.

Стас ― это мой двоюродный брат. Родных у меня никогда не было. Их с лихвой заменяли двоюродные. Так у нас было принято. Стас был самым старшим и самым военным. После окончания новосибирского военно-политического училища он неожиданно для нас оказался в спецназе. Это было странно ― он всегда был самым рассудительным и самым мирным из всей нашей родни, несмотря на военную косточку ― его отец, Василий Дагулович, был кадровым военным, прошел всю Отечественную, а потом занимал руководящие посты в Средне-Азиатском округе.

Стас в числе первых попал "за речку", в Афганистан, где служил в 56-й отдельной десантно-штурмовой бригаде. Был награжден орденом «Красной Звезды», медалью «За отвагу», был ранен. Потом учился в Академии. Практически в то же время, что и я в Университете. Периодически пропадал, возвращался загорелым среди московской зимы. Когда мои однокурсники спрашивали, косясь на парашюты в красных общевойсковых петлицах, не в КГБ ли он служит, Стас отшучивался: «Не, куда нам... Мы армейские... Ускоряем революции в слаборазвитых странах».

Перестройку, Горбачева, Ельцина и многое другое он воспринимал сложно. Или, скорее, он относился ко всему этому, как к чему-то временному, к тому, что надо пережить. Новое мышление принесло, помимо Солженицина и Резуна, целую россыпь горячих точек, так что Стасу было, чем заняться. Насколько он не любил войны, настолько серьезно и ответственно относился к своей профессии. Он говорил, что его работа ― воевать с войной. 

Когда его назначили заместителем командующего 58-й армии, что вела затяжную войну за наведение конституционного порядка в Чечне, он летал из Владикавказа в Ханкалу, как другие ездят каждое утро на работу на троллейбусе.

Учения и стенд в музее 

Вечером 3 ноября 2002-го позвонил папа и, еле сдерживая слезы, сказал, что Стас погиб.
Ми-8, в котором летел он и еще 8 человек, при вылете с аэродрома Ханкалы был подбит ракетой и начал падать почти с километровой высоты. Обученный бороться за жизнь до конца, Стас вытолкнул из горящей машины сопровождавшего его солдата и выпрыгнул за ним сам. Чуда не произошло. 

Прощаться со Стасом к Дому Офицеров пришел, казалось тогда, весь город. Приехали его друзья со всего Союза. Мы с братьями стояли у гроба. Его друзья ― несгибаемые и жесткие офицеры ― плакали, не стесняясь. Я тоже плакал. 

портрет и мем_доска

Мы похоронили его в Аллее Славы, неподалеку от того места, где живут мои родители. Когда мы с детьми бываем во Владикавказе, мы довольно часто заходим его навестить.

Дети у Стаса

Прошло ровно десять лет со дня его гибели, а я так и не научился думать про Стаса «был». Его именем назвали 50-ю среднюю школу во Владикавказе, а в Дигоре, родном селе его отца, где Стас родился, поставили бюст. А вчера во Владикавказе прошла траурная церемония, посвященная памяти полковника Станислава Марзоева. Было много народу  ― родные, друзья, сослуживцы по Афганистану и Чечне, представители командования 58-й армии, руководство республики. 

аллея славы

На памятнике Стаса выбит отрывок из стихотворения поэта-фронтовика Михаила Львова, написанного им в 1943 году:

Готовность к смерти ― сильное оружие.
И ты его однажды примени...
Мужчины умирают, если нужно.
И потому в веках живут они.



Tags: 58 армия, Станислав Марзоев, война
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments